Get Adobe Flash player
Рейтинг@Mail.ru
Микра
Счетчик

Медицина

Сироп от рака. Новосибирской школьнице поставили онкологический диагноз только после ее смерти

Девушку из Новосибирска лечили от бронхита и отказывались госпитализировать.
Марину Измайлову и ее 16-летнюю угасающую дочь, которую безрезультатно лечили уже полгода, врачи обнадежили: 99 процентов, что это не рак. Через несколько дней девочка умерла, диагноз — онкологическое заболевание лимфатической системы — поставили после смерти.
Девятиклассницу лечили от бронхита, отказывались госпитализировать, стараясь поскорее выпроводить из медучреждений. Похоже, равнодушие медиков не победить никакими государственными программами.
О том, что дочери не стало, Марина Измайлова узнала от врача Городской детской больницы скорой помощи, где измученная болезнью девушка провела свои последние десять дней. К тому моменту, как ее наконец положили в палату и провели необходимую диагностику, школьница уже с огромным трудом могла самостоятельно ходить, температура держалась на отметке 39, а легкие разрывал ужасный кашель.
«Кашель начался в середине сентября, — рассказала «РГ» Марина. — Дочь переболела бронхитом в девятилетнем возрасте и с тех пор частенько кашляла, как только наступали холода. В октябре мы пошли в поликлинику N22, чтобы получить направление к пульмонологу, но там сказали, что сначала надо пройти лечение у педиатра. Выписали таблетки, сиропы, потом направили на ингаляции и физиотерапию, но ничего не помогало. Гемоглобин падал, препараты с железом эффекта не оказывали».

Сироп от рака. Новосибирской школьнице поставили онкологический диагноз только после ее смерти

К онкопульмонологу школьница, к тому времени пропустившая большую часть занятий, попала лишь в январе. Но и этот специалист о возможности рака не сказал ни слова. Были и в инфекционной больнице, где заявили, что это не их профиль, и на дом педиатра вызывали, когда становилось совсем невмоготу. Все твердили: бронхит.
«В горбольнице N 1 даже по направлению принимать не хотели, — вздыхает Марина. — Предложили койку в коридоре, хотя завотделением старалась отговорить и от этого варианта. Но дочь согласилась, чтобы пройти обследование. Но не успели положить ребенка, как тут же позвонили мне и сказали, что приказа о госпитализации нет и нужно забирать девочку».
Пару месяцев она провела дома: все тело ломило, кашель только усиливался, температуру сбить уже не получалось, воспалились лимфоузлы. Ее на скорой отвезли в больницу N11 с подозрением на пневмонию: сделали анализы, продержали и снова выписали домой. Несмотря на ужасное состояние.
«Уже после смерти ребенка я запросила ксерокопию медкарты, но там все напутано, скорее всего, намеренно. Например, мы сдавали анализы в апреле в 11-й больнице. Оказывается, тогда были обнаружены антитела, указывающие на онкологию, и рекомендовано было пересдать анализы через десять дней. Но эту рекомендацию врачи пропустили, а теперь в копии карты указано, что эти анализы якобы были сданы в мае», — рассказывает Марина Измайлова.
Врачи напрямую говорили Марине: идите в платную клинику. Но для чего тогда нужна медицина государственная? Марина клянет себя за то, что не набрала кредитов и не положила дочь в платную. Но неужели ребенка спасло бы только лечение за деньги?
Заявление в правоохранительные органы Марина написала в июне, проверку в СУ СКР по Новосибирской области начали только сейчас. Ведомственную проверку смерти подростка — спустя два с половиной месяца — организовали и в областном Минздраве.


Источник: mail.ru